Популяция омуля в Байкале восстанавливается, несмотря на браконьеров

С приходом летнего сезона туристы, отправляющиеся к берегам Байкала, активно посещают рынки Иркутска и поселка Листвянка, стремясь раздобыть настоящего омуля. При этом в регионе по‑прежнему сохраняется запрет на промышленный вылов этой рыбы, но это не становится препятствием для браконьеров, готовых заработать на продаже "золотой рыбки".

Ученые Лимнологического института РАН недавно завершили экспедицию, в ходе которой изучалось состояние популяции байкальского омуля. Специалисты провели тралово‑гидроакустические исследования на Селенгинском мелководье, используя научно‑исследовательское судно "Г. Ю. Верещагин". Общая площадь обследованной территории участка составила более 140 тысяч гектаров. С помощью съемки подтвердилось, что омуль встречается равномерно на всем протяжении от Посольского сора до мыса Облом. Кроме того, исследователи обнаружили места, где скапливаются более крупные особи, что важно для оценки популяции. Сравнение с данными предыдущих лет демонстрирует обнадеживающую тенденцию: численность омуля ощутимо выросла.

Специалисты из Иркутска объясняют увеличение поголовья омуля в Байкале двумя ключевыми факторами. Во‑первых, значительным приростом нагульного стада за счет молодого поколения 2024 года. Во‑вторых, повышением среднего возраста рыб в популяции.

Но новые данные необязательно послужат основанием для снятия запрета на вылов. Научный сотрудник лаборатории междисциплинарных эколого‑экономических исследований и технологий ЛИН СО РАН Павел Аношко подчеркивает, что изначально количество омуля сократилось скорее из-за климатических изменений, а не из-за деятельности браконьеров.

Но нельзя игнорировать и последствия масштабного нелегального лова. Запрет на вылов, введенный в 2017 году, принес свои плоды: сформировалось здоровое поколение рыб 2020-2023 годов. По мнению эксперта, ощутимый эффект станет заметен через 8-10 лет, когда особи достигнут половой зрелости.

Еще один важный фактор восстановления популяции - искусственное воспроизводство омуля, которым занимаются в Бурятии. К примеру, та часть популяции, что заходит на нерест в Посольский Сор, в основном поддерживается именно благодаря таким мерам.

Тем не менее браконьеры продолжают свою деятельность. Недавно в Слюдянском районе полицейские задержали автомобиль, где обнаружили 27 строительных мешков и два пакета с рыбой без каких‑либо документов. Ихтиологи подтвердили, что это байкальский омуль, выловленный с помощью сетей. Ущерб, нанесенный природе Приангарья, оценили в 10 миллионов рублей. За рулем находился 44‑летний житель Бурятии. Правоохранители сейчас ищут организатора незаконного промысла, по факту возбуждено уголовное дело.

Ранее, в феврале, двое жителей Ольхонского района выловили около 500 омулей во время подледной рыбалки рядом с деревней Зама. Весь улов у них изъяли, в отношении браконьеров также завели дело. Сумма причиненного ущерба составила 3,5 миллиона рублей.

Но, несмотря на активные меры по борьбе с незаконным выловом, все еще существует ряд сложностей. Одна из них - нехватка государственных инспекторов. Заместитель начальника Территориального отдела контроля, надзора и рыбоохраны по Иркутской области Александр Нечунаев сообщает, что приходится привлекать специалистов из других регионов, но они слабо ориентируются на местности. К примеру, дельта Селенги отличается сложной структурой - местные браконьеры отлично знают все протоки и фарватеры и благодаря этому легко ускользают от погони.

Проблема также в огромной территории для надзора: так, на все Братское водохранилище приходится всего от шести до восьми сотрудников. Кроме того, браконьеры нередко эксплуатируют пробелы в законодательстве. В частности, закон разрешает представителям коренных малочисленных народов добывать до 55 тонн омуля ежегодно с правом официальной продажи при наличии документов. По словам Нечунаева, недобросовестные рыболовы используют эту норму, чтобы легализовать незаконно добытую рыбу. Он считает, что ситуацию могло бы улучшить ограничение: разрешить представителям коренных народов вылов исключительно для личных нужд.